***
***
В прекрасном вальсе две кружились пары
Мне это чудо снилось лишь сегодня.
Наверное, приехала и стала ты, чем-то
Светлым, ярким, новогодним…
Да, я дождусь звонка. Тебя я слышал
За сотни быстрых зябких километров.
И нет печали, я бы встретил, вышел,
Но это доверяю только ветру.
|
Свет! Свет! Свет!
А лепестки, твоей руки касаясь — тлели, торопились, таяли тихо.
Воздушные вихри сиреневели, снились, сияли и скатывались в ласку лёгких ладоней, — там линии, линии…
Отражались, нежились, черкали чистоту предвестиями.
Верили зрачки, что тьма за ними — бесконечность, слабость, ситцевые цветочки промелькивали задорно у кроны солёной солнечной солистки…
Сцепиться, слиться, силой сонной стоять и слушат…
|
Солнце которого не случилось...
Я начал бы со слова «белое». Ещё, наверное, пару лет назад я начал бы именно с этого слова. Но своими подслеповатыми глазами я уже не могу разглядеть это истаявшее белое. Чтобы заглянуть за край нужно дорасти до кромки глухих перил, за которые при удачном результате так трудно удержаться и не полететь. Вниз или вверх, но полететь. И как не странно «пьедестал» рифмуется с «пьёт и стал…».
Чёрные вол…
|















